Приключения в психоделическом подполье Беркли

[Alisa]

Я на цыпочках прокрался по скрипучему коридору, покрытому винилом, словно боясь разбудить спящих родителей. Около шестидесяти человек, находившихся в «Алембике» Беркли, в знак солидарности, обувшись в носки, заполнили скромный конференц-зал, уже гудевший от восторга. Опоздав на пять минут, я скользнул в кресло как раз в тот момент, когда меня охватил кайф – неужели меня одолели?

С самого начала «джем-сеша», выпуска ежемесячного психоделического салона под названием «Чаша», стало ясно, что полёт из пропитанных потом кукурузы молочных хозяйств Висконсина того стоит.

Подполье

Этот визит в залив Сан-Франциско стал последним в четырёхлетней череде поездок на родину американской психоделической культуры. Я пришёл в поисках осколков и остатков «психоделического андеграунда» 1980–1990-х годов, который стал предметом развивающейся мифологии, окружающей его истоки и роль в современной популяризации психоактивных веществ, захватывающих коллективное сознание Америки.

«Речь идёт не только о психоделиках, но и об исследовании того, что значит быть психоделиком», — пояснил во вступительной части соведущий Эрик Дэвис, автор книги «Высокая странность». Целью дискуссии было не преклонение перед употреблением психоделиков или удовлетворение эго участников дискуссии, как платформы для личных отчётов о трипах; это было скорее похоже на аналитический центр, анализирующий состояние «Вундерграунда» (Weird-Underground).

Все поколения после Второй мировой войны присутствовали в толпе, довольно точно распределившись по количеству участников.

На самодельной сцене президиум из четырёх человек склонился в пользу поколения X. Что вполне логично; Самые ранние участники Xers приближаются к пожилому возрасту, а это значит, что почти всё самое малочисленное поколение Америки в последние годы своей жизни равномерно распределено по самым продуктивным годам, приближаясь к пику своего социокультурного могущества.

Терруар мероприятия показался мне похожим на поднятый флаг Wunderground, возглавляемый поколением X. Целью мероприятия, по словам Дэвиса, было «нагрузить корабли балластом, чтобы они не перевернулись окончательно». Дискуссия под названием «Rave New World» началась с обзора карьеры Мишель Лхук, почётного гостя и автора книги «Rave New World Substack and Weed: Everything You Want To Know But Are Always Too Stoned To Ask», и 375-футового обзора текущего состояния психоделической и рейв-культуры.

Хотя соведущий, доктор Кристиан Грир, пытался убедить меня в том, что он «старший миллениал», я полагаю, что в ходе дискуссии он и Дэвис представляли правое и левое полушария коры головного мозга уровня Xer-общества соответственно. Мария Манджини олицетворяла женское сердце бумеров, а Лхук, казалось, оживлялся как корневая чакра поколения iPhone. Группа перешла от макромира к микромиру, делясь личными историями, охватывающими широкий спектр тем, включая горе, одержимость сущностями, освобождение от травм, GHB, California Sober, рейвы, секс, интеллект и, самое главное, «вибрационный глоток».

Было интересно слушать вопросы и фокусироваться на каждом поколении. Представители поколения бэби-бумеров и Z, по-видимому, больше всего прониклись атмосферой рейв-сцены и ее последствиями, при этом представители поколения X и миллениалы рассматривали сохранившиеся институты бэби-бумеров, такие как Dead and Friends, не как культурную стагнацию, а как средство поддержания зажженной искры.

Сан-Дорадо, Город странностей

Как и легенда об Эльдорадо, Сан-Франциско был настоящим Городом Золота, привлекшим странную команду трудолюбивых людей через «американский рубеж» в Калифорнию прямо перед Гражданской войной. Находясь на этой самой границе континентальной экспансии Америки, залив Сан-Франциско, несомненно, является географическим центром культурного наследия современной американской эпохи. Как молодой миллениал, взрослеющий на глазах у всех, кто стал свидетелем огненного хаоса, положившего конец эпохе Нового курса, я очарован захватывающей полнотой влияния Сан-Дорадо с тех пор, как Америка сбросила «Толстяка и Малыша» на Тихий океан.

Грибное облако, должно быть, парило над Городом Золота, подобно утреннему океанскому туману. С тех пор оно парит, словно радиоактивный НЛО, вызывая странные кармические культурные мутации на протяжении последних 80 лет. От хиппи и «Чёрных пантер» до мести гиков Кремниевой долины, значительная часть американской культуры, а теперь и экономической активности и спекуляций, основана на шаблоне залива Сан-Фрэнни. В этом, словно кульминация успешного алхимического ритуала, Калифорния глубоко внедрила свою мечту в коллективное воображение общества с высоким уровнем холестерина, что особенно заметно сейчас, благодаря iPhone и всем культурным оттокам, связанным с интернетом, последовавшим за этим с 2007 года.

Это «странный» рубеж, земля хиппи-фанатов, ставших олигархическими землевладельцами Кремниевой долины, и он продолжает меня привлекать. Термин «странный» был центральным в этой беседе; соведущий Дэвис даже опубликовал подробное исследование этого термина. В интервью 1998 года Теренсу Маккенне, которое часто называют последним записанным интервью Маккенны, психоделический философ оставил нам следующие слова: «Думаю, всё будет становиться всё страньше и страньше, и в конце концов станет настолько странным, что людям придётся говорить о том, насколько это странно».

Вот что он и представил: интеллектуально пронзительный, душевный «джем-сэш» о состоянии The Wunderground в те времена, которые, по словам соведущего Chalice Манджини, можно назвать «жуткими».

Новый мир рейва

Мы явно вступаем в новую эру, и эта дискуссия так актуальна потому, что психоделические сообщества и андеграундные рейв-сообщества по-прежнему предлагают передовые достижения культурного образа жизни и интеллектуального развития. Как сказал мне Лхук в одном из последующих интервью: «Я думаю, что электронная музыка стала саундтреком к настоящему моменту». Независимо от того, знаменует ли этот момент конец 50-100-летнего общественного цикла, примерно 2100-летний переход к Эре Водолея или и то, и другое, что-то приглашает нас войти в врата истории.

В целом, на политическом фронте Америка, похоже, пытается понять, как говорить о том, насколько странными становятся вещи, но, помимо этого, такие вопросы, как технологическое развитие, психоделики и война с наркотиками, состояние нашей культуры, их взаимодействие с нашим социальным, индивидуальным и экономическим благополучием и что с этим делать, кажутся затерянными в мейнстримной Америке, где доминируют представители поколения «бумеров», но не здесь, в Беркли.

Эта встреча показалась мне крайне необходимым культурным событием в «психоделическом сообществе», контрастирующим с порой стойкой бесплодностью мейнстриминга психоделических наук. Как выразился Манджини, говоря о психоделической медицинской модели: «Медикализация психоделиков была сделкой с дьяволом… Идея о том, что для их применения необходим диагноз, — полное безумие в истории человечества».

В целом, квадралог представлял собой рифф-рибосому, сворачивающую полноценные белки психоделического понимания. С точки зрения туриста из Среднего Запада, светлых рабочих, посещающих Сан-Франциско, было довольно здорово видеть, как люди, будучи открытыми взрослыми, обсуждают сложные коллективные проблемы, стоящие перед их сообществом и обществом в целом, в присутствии огромной аудитории из разных поколений.

Там, откуда я родом, когда дело доходит до диалога, разрыв между поколениями моложе 40 и бэби-бумерами кажется почти таким же огромным, каким разрыв между ними и старшим поколением G.I. в 1960-х годах казался им. Wunderground и их старшему поколению. The Wunderground демонстрирует признаки бурной жизни, маня как культурный резерв, вдохновляющий фриков и битников следующего поколения, где бы они ни бродили.

В завершение вечера Лхук исполнила приём дзюдо на проигрывателе, используя свои последние слова, чтобы попросить ведущих передать зрителям послание надежды. «Я не знаю насчёт надежды», – было сказано, но теперь я знаю о важности секретности. Затем я взглянул на часы. На девяносто девять секунд раньше времени сессия завершилась грохотом тарелок, когда все скандировали: «Мир. Любовь. Единство. Уважение».

Подписывайтесь на

У Вас недостаточно прав для просмотра ссылки. Войдите или зарегистрируйтесь.